И.А. Анцупов

КАЗАКИ И ВОЕННЫЕ ПОСЕЛЕНЦЫ

НА ДНЕСТРЕ И БУГЕ В КОНЦЕ ХVIII - НАЧАЛЕ XIX ВЕКОВ

 

Со второй половины XVIII века российское правительство стало широко пользоваться казачьими формированиями для охраны пограничных зон страны, далеко протянувшимися на юг и восток. Оно преследовало и другую государственную цель: закрепление окраин.

В рассматриваемом нами регионе постоянно существовала конфликтная ситуация между Россией и Турцией, между Россией и Речью Посполитой; здесь почти беспрерывно противостояли крупные сухопутные и морские военные силы, царила обстановка враждебности.

Для усиления регулярных армий правительство принимало меры к образованию новых казачьих войск. В Подунавье, Побужье и Приднестровье были сформированы и действовали Усть-Буджакское, Дунайское (Новороссийское), Екатринославское, Черноморское, Бугское и Украинское казачьи войска. В их состав зачисляли собственно казаков, а также представителей разных сословий и Групп (отставных солдат, «инородцев», государственных крестьян, мещан, старообрядцев и пр.).

Вслед за перенесением границ подвигалось казачье население для их охраны. Одновременно осуществлялось заселение свободных земель. Почти всецело на казачьи полки была возложена сторожевая и карантинная служба. А с открытием военных действий казачьи полки и отряды для непосредственного участия в боях, с подчинением их общевойсковому командованию.

Отметим, что лишь с конца XVIII века военные власти (Военная коллегия, а с начала XIX века в Военное министерство) приступили к выработке правового положения казачьих войск. Но до 1835 года удалось разработать лишь разовые юридические акты о порядке управления и внутреннем их устройстве.

Их строевая служба, порядок комплектования и прохождения службы существенно отличались от общевойсковых боевых единиц. Казачество оставалось «иррегулярным» войском. Это было поселенное войско, со своими воинскими и боевыми традициями, нормами жизни и даже своей, казачьей культурой.

Если для пополнения общевойсковых частей применялись рекрутские наборы, в казачьих войсках к воинской повинности привлекалось поголовно все способное носить оружие мужское население по чередному наряду (в возрасте от 18 до 38 лет). Казаки несли воинскую повинность со снаряжением боевого коня, с приобретением вооружения и обмундирования за свой счет, но и посемейный надел оставался довольно значительным. Из всех казачьих войск, находившихся в левобережном Приднестровье, лишь Черноморское оказалось стабильным. Екатеринославское было расформировано, а Бугское и украинское переведено в разряд военных поселенцев.

КАЗАКИ - НЕКРАСОВЦЫ     в      результате      поражения       восставшего      казачества под предводительством Кондратия Булавина, вылившегося в  крестьянскую: войну   1707   -   1708   годов   часть   повстанцев   во   главе   с   Игнатом Некрасовым (примерно три тысячи человек) вынуждена была под натиском более сильных царских войск уйти за границу - на Кубань. Это была территория Крымского ханства - вассала Турецкой империи. Там это ответвление донского казачества, получившее название некрасовцев (от фамилии их атаман) продержалось до конца 30-х годов XVIII столетия. Численность их возрастала за счет естественного процесса и притока беглых казаков из старообрядцев, поселения которых существовали на Северном Кавказе с 80-х годов XVII века.

Под угрозой разгрома в будущем армией императрицы Анны Ивановны (а такая реальность назревала) приемники И. Некрасова решили переместить войско в глубь турецких владений. Путь его оказался сложным и многотрудным. Основная масса казаков направилась в Крым, затем на южное побережье Черного моря, а затем в нижнее Подунавье. В то же время значительный отряд отклонился к северу и поселился в Поднестровье. По времени это была середина XVIII века.

О том, что некрасовцы-казаки проживали тут долго, стабильно, свидетельствует исторический документ - «берат» крымского хана Ислам-Гирея, направленный в 1781 году дунайским некрасовцам, к котором отмечалось, что «игнатовцы», находящиеся в подданстве ханов, жили « при реке Днестре разным деревнями» с «данных пор» (с 40-х годов XVIII века).

Второе свидетельство о пребывании некрасовцев на Левобережном Поднестровье следующее. В 40годы XVIII века старообрядцы-поповцы. Проживавшие за пределами России, вознамерились обзавестись своим епископом. Лишь во второй половине 40-х годов таковой был признан австрийским правительством и обосновался в Белой Кринице. А накануне этого события некий старообрядческий монах Анфим объявил себя епископом его единоверцев на территории Новороссии и начал «святительствовать». Его признали поднестровские некрасовцы, приняли со всеми почестями. А когда обнаружилось его самозванство, то утопили в Днестре. Часть некрасовцев с началом русско-турецкой войны 1787-1791 годов перешла на Дунай. Но еще многие остались. Об этом можно Заключить по такому факту. В 1789 году Черноморское казачье войско было отведено с фронта и размещено в Левобережье на зимние квартиры. Два полка вместе с войсковым правлением были размещены в старообрядческом селе Слободзее, а третий нолк занял тоже старообрядческое село Собручи (Чобручи). В обоих селах наряду с обычными старообрядцами проживали некрасовцы, которые занимались рыболовством, охотой и другими промыслами, а земледелие и животноводство были в их среде непопулярными. Оба селения были обширными, если могли принять около двух тысяч казаков.

Некрасовцы проживали также в Гура-Роже и Маяках, где их в конце века застал П. Сумароков, путешествующий по Поднестровью в 1799 году.

Изложенное позволяет с известным основанием считать, что для некрасовцев южная зона Левобережного Поднестровья, т.е. от реки Мокрого Ягорлыка к югу, являлось полосой традиционного проживания казаков.

Поднестровские некрасовцы подчинялись атаману Подунайских некрасовцев. В отдельных же селениях власть концентрировалась в руках местного атамана и совета стариков. Жили они по «заветам Игната» - со всеми строгими требованиями патриархальности в быту и на службе, но постепенно порывали с прежними военными обязанностями перед турецким султаном. Как и поселившиеся в Левобережном Подунавье, поднестровцы постепенно переходили в разряд казенных крестьян.

Отдельного войскового формирования они не создали в рассматриваемом регионе. И еще. Названные и неназванные здесь селения последовательно являлись казачьими станциями некрасовцев, бугских, черноморских и екатеринославских казаков. Черноморских и екатеринославских казаков. Украинские казаки расселялись в северной зоне Поднестровья.

 

БУГСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО. Судьба этого войска своеобразна и изменчива. Начало его формирования относится к 1769 году. Тогда шла очередная русско-турецкая война( 1768-1774 годов). Командование турецкой армии

укомплектовало один кавалерский полк некрасовцами, валахами, сербами, болгарами и другими представителями балканских христианских народов и двинуло под Хотин, где дислоцировалась русская армия прославленного полководца Румянцева. Однако полк не стал сражаться и в полном составе перешел « под знамена Румянцева», который принял их и дал возможность воевать против Турции - «на собственном иждивении во все продолжение той войны безотлучно» (как сказано в одном из документов отразивших боевой путь Бугского войска).

В ходе войны полк пополнялся конниками из местного украинского населения. Участвовал во многих сражениях этой продолжительной войны и сохранил требуемые боевые качества.

С ее окончанием уже целое казачье войско было переведено на Украину и пополнено до установленных штатов. Румянцев, тогда уже фельдмаршал, заверил казаков, что « под покровительством Российской державы найдут они покойную жизнь и награждены выгодными для поселения и обзаведения, землями». А специальным манифестом им обещано тридцатилетняя льгота от налогов и повинностей. Действительно им выделили земли на левобережье Буга, ставшего границей между Россией и Турцией. Там несли пограничную службу. Рядом размещался другой казачий полк, известный под названием «Новонавербованного», тоже сформированного в годы войны «из разных иностранцев» («иноплеменников»). Отведенные казакам обширные прилегающие к Бугу земли были отдаленными от городов, обживались они « великим трудом». Восемь лет устраивались и пользовались льготами, а в 1783 году (с присоединением Крымского ханства к России) начальник Новороссии Г.А. Потемкин определил эти полки на боевую службу пока по Бугу, вблизи их очагов. А само войско (два полка) было усилено другими - подразделениями.

В 1787 году вспыхнула новая война по вине Турции, подталкиваемой Францией. Потемкин отвел Бугское войско в тыл, дав участок фронта выдвинутой из глубины страны полевой Екатеринославской армии. Затем казаков снова подтянули к линии фронта, а семьи возвращены в свои жилища. До 1787 года войско укреплялось, доведено было до полторы тысячи казаков, т.е. составило фактически три казачьих пятисотенных полка. С этого времени до конца войны находилось «в беспрерывном действии», в частности, штурмовало Очаков и Измаил, было под Аккерманом и Бендерами. Конечно, многие бугцы были убиты, пали в боях, либо искалечены, и вдовы и сироты остались « без довлеющего призрения». Затем, в середине 90-х годов в Польше, куда их передислоцировали. И, наконец, войско придвинули к Днестру. Это было в 1786 году. Бугское войско вселилось в бывшие станицы и хутора черноморцев. Вопрос об окончательном, стабильном статусе бугцев рассматривался долго. Наконец Екатерина 2 «повелела решать» его князю П. Зубову, всесильному сановнику, который заступил в свои полные права после смерти Г.А. Потемкина:(1791 год)

Новороссия, пополненная территорией бывшего Крымского ханства до Днестра (сюда включена была Очаковская область, присоединенная по Ясскому миру), приобрела особое стратегическое, экономическое и политическое значение в системе регионов Российской империи. Первоначально (короткое время) сама Екатерина 11 взялась управлять этим очень важным краем, но вскоре передала свои функции Платону Зубову, который сосредоточил в своих руках огромную полноту власти в стране вообще и Новороссии, в частности. П.Зубов являлся прямым начальником Бугского войска, которое было переименовано в Вознесенское казачье войско. Платон Зубов имел непосредственное отношение к истории Срединной (Тираспольской) крепости и, следовательно, самого города Тирасполя. Объясняется это тем, что с переводом А.В. Суворова с Украины в 1794 году на Польский фронт контроль за строительством крепости был возложен на П. Зубова, как на «главноуправляющего инженерной частью». С завершением в 1795 году строительства этой твердыни на Днестре, противостоявшей Бендерской крепости, благодарственный манифест был адресован ему.

Как уже было сказано, П. Зубов в 1796 году по «повелению» императрицы обязывался заняться благоустройством Бугского казачьего войска, а именно: оставить его навсегда на службе, «причислить к сословию его» 3796 душ, купленных князем Потемкиным у разных помещиков, назначить ему при реке Днестре пограничную землю, офицеров наградить чинами, отвести им ранговые земельные дачи и «удовлетворить всеми прежде заслуженными суммами».

Отметим, что бугские казаки пользовались в Левобережном Поднестровье земельными угодьями — даже закладывали многолетние плодово-ягодные насаждения (сады, виноградники и пр.), что свидетельствовало о формировании стабильных хозяйственно-военных казачьих поселений. Протекционистская политика правительства вселяла в казаков уверенность, об устойчивости надельного землепользования и обретения покоя, завоеванных страданиями и жертвами. «Иноплеменные» обретали себе родину. Однако в судьбе их произошел крутой пЬрелом. Павел I (как теперь говорят, непредсказуемый в своих поступках и решениях), став на путь отрицания наследия Екатерины II во внутренней и внешней политике, многое отверг сразу же, с ненавистью относился к Потемкину и Зубову, а, следовательно, и к их делам. В1797 году отклонил намеченные мероприятия в отношении Бугского казачьего войска. Больше того, приступил к расформированию его. Часть распустил по домам, не определил их социального статуса, другую часть оставил на Днестре и берегу Черного моря для продолжения кордонной службы - продержались до 1800 года и тоже были распущены - их «поверстали в крестьянское состояние», т.е. перевели в разряд государственных крестьян. Общее число казаков, обращенных в эту категорию крестьян, достигло 6383 д.м.п. (душ мужского пола), да плюс к тому уже ранее 600 поселенцев болгар. От Днестра и Черноморского побережья отвели их за Буг и постоянным их местопребыванием стали Елисоветградский, Ольвиотюльский и Херсонский уезды; размещение было рассредоточенное, некоторые станицы отстояли друг от друга на 100 и более верст. Всего по ревизии 1785 года их числилось 1595 семей с земельным фондом удобных угодий 169738 дес., или, считая с запасными юртовыми участками, на семью в среднем приходилось 106 десятин. Но это деление слишком усредненное, так как казачья старшина получала «ранговые дачи» по несколько сотен десятин на офицера, младший командный состав (урядник) также пользовался более обширными наделами, чем рядовые казаки (их наделяли по 15 десятин на мужскую душу).

Однако такая метаморфоза не устраивала казачество. Особенно были недовольны Налогами и повинностями. Затем, с вступлением на трон Александра I, у казаков зародилась надежда на изменения к лучшему. Тем более что новый царь прослыл либералом, более доступным, чем его отец. Уже в сентябре 1801 года группа ходатаев отбывшего войска обратилась к Александру I с просьбой об «обращении их паки на службу крестьянского состояния».

Как и прежде, наступил период изматывающей кабинетной волокиты. Вопрос этот обсуждался в кругах генерал-прокурора, военных ведомствах и узком окружении царя, - непременном комитете. Решили ходатайство не отклонять, но и до окончательного вывода провести исследование на месте всех сторон этой проблемы. В итоге все инстанции высказались в пользу казачества и предложили снова сформировать относительно сильное войско из 3-х полков, один из которых должен поочередно находиться на Днестре.

Царь с проектом восстановления войска согласился, 28 апреля 1803 года написал на проекте долгожданное - «быть по сему». Войско в составе трех полков снова начало функционировать. В законе о войске есть особая статья. Она касалась будущего личного состава войска. Вот ее текст: « Предоставить бугским казакам право приумножать сословие их людьми из-за границы, или единоплеменными, как-то: молдаванами, волохами, болгарами и проч., к чему они, содержа на Днестре стражу, могут иметь всякую удобность; но строго запретить им для предупреждения могущих случиться злоупотреблений, принимать природных поселян в казаки, равно как и поселять крестьян на их земли». Эта статья отразила внешнеполитические интересы царского правительства на Балканах и Подунавье. Она открывала для представителей названных народов возможности вливаться в казачество - привилегированное воинское сословие, т.е. для беженцев был открыт путь в Россию, что вытекало из всей системы балканской политики царского самодержавия. Только беженцам с Балкан предоставлялась такая возможность.

В таком виде Бугское войско просуществовало до 1817 года. Оно участвовало в боевых операциях в войнах 1806-1812 годов, Отечественной войне 1812 года, в заграничном походе русской армии 1814 года. Войну казаки восприняли как обыденное дело. В мирные годы(1814-1817 годы) войско базировалось за Бутом. Граница России в 1812 года перенесена на Прут и Дунай, охрану ее доверили полкам донского войска.

В 1817 году Александр I при прямом воздействии на него министра Аракчеева начал реформирование сухопутных сил страны путем насаждения дешевых для казны, но более тяжелых для личного состава оседлых войск, военных поселений, в частности, полуказацкой-полукрестьянской кавалерии. Эта позиция была реализована Аракчеевым, ревностным сторонником реформы, в ряде регионов страны, но наиболее широко на Украине. В 1817 году Чугуевское, Бугское и Украинское казачьи войска были аннулированы и на их основе созданы три уланские дивизии (два постоянных и одна резервная), в целом - кавалерийский корпус «поселенной кавалерии». Бугское войско с приписанными к его станицам и хуторам селениями государственных крестьян послужило базой для развертывания Бугской уланской дивизии. Военные поселения просуществовали почти до реформы 60-х годов.

Оставили ли бугские казаки след в Левобережном Поднестровье? Безусловнр. Какая-то часть их осела навсегда еще в начале 90-х годов XVIII века, другие (по некоторым данным более двух тысяч человек) пришли и вселились тоже в молдавские села в период с 1797 по 1803 годов. И, наконец, как велико было число станиц Бугского войска за Бугом? По данным казачьей канцелярии за 1802 года их числилось: в Елисоветградском уезде 12, в Ольвиопольском --бив Херсонском - 8, всего 26. А за время пребывания войска на Днестре оно занимало 16 селений, включая город Тирасполь: Овидиополь, Калаглея, Беляевка, Маяки, Яски, Троицкое, Градиница, Чобручи, Коротное, Глиное, Завертайловка, Карагаш, Слободзея, Терновка, Суклея.

Наконец, несколько слов об этническом составе Бугского войска. Пришло оно в' русскую армию в 1769 году как молдавско-болгарско-сербское. При передвижении вглубь Украины доведение до штатного состава осуществлялось за счет украинцев и отчасти за счет молдаван и русских.

Некоторое время Бурский полк входил в крупное казачье соединение - Екатеринославский казачий корпус (он же Екатеринославское казачье войско, Екатерининская конница, Новодонское казачество).

В период войны 1806-1812 годов войском командовал князь Кантакузен, полками - Ельчанинов и Бадаев.

 

ЕКАТЕРИНОСЛАВСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО. Это войско — одно из крупных соединений казачьих полков   -   начало   формироваться   в   1787   году  как Екатеринославский казачий корпус, по распоряжению Г.А.Потемкина. Первыми в казачью службу были обращены однодворцы, ранее поселенные по бывшей Украинской линии той же губернии. Затем были включены и другие социальные группы. Окончательная организация его уже в качестве Екатеринославского войска относится к 1788 году, т.е. уже в период русско-турецкой войны 1787-1791 года. Составные его части разнообразны и своеобразны. Перечислим их. Это -жители Чугуева с окружающими селениями, старообрядцы (раскольники), вышедшие из Польши и поселившиеся в слободах на правом берегу Днепра, часть мещан и однодворцев Екатеринославской, Вознесенской и Харьковской губерний, известный уже нам Бугский полк, пополненный крестьянами, выкупленными царским правительством у помещиков ряда селений между Бугом и Ингульцом. Потемкин добился отобрания в казну монастырских деревень в Курской, Воронежской, Харьковской губернии Екатеринославского наместничества, крестьяне которых включились в комплектовавшийся казачий корпус. Всего в войско зачислено более 50 тысяч человек, в том числе 13,5 тысячи казаков, выставлявших на службу до десяти полков.

Командование войска комплектовалось из старшины с Дона. Определенных законоположений о порядке службы казаков Екатеринославского войска не было - управление им осуществлялось по образцу Донского войска, но подчинялось и гражданскому начальству. Жизнь у казаков регламентировалась все-таки уставными положениями (в определенных «сословных» пределах).

Новообразованные полки провели всю войну на фронте: два пехотных и шесть конных полков сражались на Дунае. Особенно отличился полк, знаменитого впоследствии, Платова в военных операциях под Аккерманом, Килией и Измаилом. Войско находилось в непосредственном подчинении Г.А. Потемкина-Таврического как верховного гетмана. Оно входило в Екатеринославскую армию (78 тысяч человек) командующим котопой являлся тот же Потемкин.

Продолжительная война, целая серия крупных сражений обескровили казачьи полки, приходили в оскудение и казачьи станицы и хутора. С возвращением их в 1792 - 1793 годах на местах постоянного жительства обнаружилось неустройство Екатеринославского войска. Правительство приступило к постепенному его расформированию. Да и власть самих казаков возбудила перед верховной властью (Потемкина уже не было в живых) «о возвращении в первобытное существование», т.е. в разряд казенных крестьян или мещан. Желание их было учтено, и в 1796 году Екатерина II по представлению П. Зубова (ставшего гетманом этого войска после Г.Д. Потемкина) приказала расформировать его, за исключением Бугского и Чугуевского .полков, а казаков перевести в разряды сельского и городского населения, с двухгодичной льготой от платежа податей (налогов).государству.

После Ясского мира отношения между Россией и Турцией осложнялись, и ситуация возможных военных столкновений не исключалась. На юг прибыл А.В. Суворов, которому было поручено спешное укрепление пограничной линии и разработка стратегического плана войны с Турцией. В числе этих мероприятий предусматривалось формирование особого войска на территории Херсонской и Екатеринославской губерний под наименованием Вознесенского. В правительственных кругах это важное дело было поручено тому же околопрестольному вельможе П. Зубову. В армию должны были войти остатки Екатеринослав«кого казачьего войска и добровольцы- казаки южных губерний. Разработанное его канцелярией «Положение» об этом войске было утверждено Екатериной II. Однако оно не реализовалось, так как пришедший к власти Павел I отверг это назначение, а самого временщика удалил из Петербурга.

Интересен вопрос: какое отношение имело Екатеринославское войско к судьбе Левобережного Поднестровья? Оно сменило Черноморское войско на Днестре и до расформирования занимало бывшие станицы черноморцев от Овидиополя до Терновки, несло кордонную охрану новой границы России (со времени Ясского мира 1791 года). Казаки жили семьями (в том числе и бугские казаки, которые во время войны вывели туда из-за Прута и Дуная свои семьи). Дважды с 1792 года командовал Екатеринославской (украинской) армией, а, следовательно, и казачьими формированиями А.В. Суворов. Еще при возвращении из зарубежных походов определенных контингент казаков попросил прославленного полководца о разрешении поселиться в новостроящемся Тирасполе и окрестных селениях. Ходатайство их было уважено. Примерно, в эти же годы (1792-1793) большая группа казаков, получившая увольнения из войска, осела в слободах Чорная, Глинная и Далакеу. С включением их земель в 1794 году в огромную земельную дачу города-колонии Григориополя(30 тысяч десятин), населенного преимущественно армянами, пришедшими их разных мест, казаки этих селений остались на обжитых местах по договорным условиям с магистратом города.

Отдельные группы казаков с разрешения А. В. Суворова осели во вновь строящемся Тирасполе и подселились в Слободзею и тираспольские хутора (Гребенники, Ермишкин и Тираспольский Ближний), отстоявшие от города в 5 - 18 верстах.

Как известно, в старину города наделялись большими площадями различных земельных угодий (назывался весь этот фонд «выгонной» дачей), в том числе Тирасполь с пригородами (24 тысячи десятин) и Григориополь. Поэтому городские власти охотно предоставляли их желающим заняться сельским хозяйством.

Само устройство и обживание новых мест, проходило с большими трудностями, но закаленные невзгодами и боевой жизнью казаки справлялись с ними. К тому же многие из новопоселенцев являлись временно изъятыми из обычной для них бытовой среды крестьянами или мещанами и теперь снова возвращались к привычным занятиям. Часть казачьего населения была переведена на Кубань в 1802 году и там послужила основой сформированного затем Кавказского полка (в составе Черноморского войска).

 

ЧЕРНОМОРСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО. История Левобережного Поднестровья была связана с пребыванием еще одного крупного по тем временам войска -Черноморского. Это войско, наряду с Донским, Уральским и некоторыми другими, являлось долговечным и как самостоятельное казачье формирование просуществовало до Октябрьской революции (известное в истории с 1860 года как Кубанское войско). Его возникновение и существование в первое десятилетие, включая и устройство меду Бугом и Днестром, было связано с деятельностью крупнейшего начальника Новороссии Г.А. Потемкина-Таврического.

В условиях сложной внешнеполитической ситуации конца 80-годов XVIII века царское правительство решило привлечь на военную службу оставшихся на Украине казаков бывшей Запорожской сечи, но инициатива исходила от самих казаков, ходатайствующих перед Екатериной II, проезжавшей по Новороссии в Крым в 1787 году, о сформировании Запорожского войска в новых условиях, что и было разрешено в том же году.

Потемкин получил звание великого гетмана Екатеринославского и Черноморского казачьих войск. Этому событию Екатерина II придавала не только чисто военное значение как фактору укрепления военной мощи на юге, но и политическое, поскольку формирование казачьих полков на Украине, по ее словам, -«будет одобрением и важнейшим средством для всех обитателей По'льши российской веры и российского происхождения, чтобы становиться под Ваше (Г.А. Потемкин - авт.) предводительством в деле, которое должно там начаться», то есть за включение в состав России Правобережной Украины. Первоначально восстановленное войско называлось «Кошем верных казаков», а с 1789 года Черноморским казачьим войском.

По образцу Запорожской сечи оно состояло из трех подразделений - пехотного (пешего), конного и флотилии. Возглавлял его кошевой атаман (первым был полковник Белый), а в остальном структура повторяла Запорожскую сечь.

Войско прошло тяжелый ратный путь в войне 1787-1891 годов. Оно активно участвовало во взятии (штурмах) крепости на острове Березань, запиравшей выход в море из Днепра, Очакова, Гаджибея, Измаила, Килии, Бендер. Чтобы иметь представление о силе войска, отметим его особую роль в штурмах Очакова и Измаила, где ему принадлежала решающая роль. Под Измаилом в самом трудном секторе штурма - со стороны Дуная черноморцы выставили четыре тысячи человек (восемь полков) и всю флотилию с артиллерией.

На третий год войны, по взятии Гаджибея, Хаджибера (впоследствии Овидиополя) и Бендерской крепости, Черноморское войско на зиму было отведено за Днестр и получив в свое распоряжение земли к югу от «Бендерского шляха» (Бендеры - Вознесенск), активно приступило к устройству селений, хуторов, главного стана (кош) в Слободзею подтянуло к реке с востока семьи, хозяйственные заведения, ремонтное конское поголовье и прочее. Суровые казаки охотно селились на отведенных им землях. В короткое время было основано 25 станиц с хуторами в полосе от берега Черного моря до с. Терновки (в окрестностях Тирасполя). Осваивались обширные пахотные и сенокосные участки, камышовые плавни, рыболовные, соляные и охотничьи угодья. Возглавлял тогда войско Чепега, получивший воинское звание «бригадира». Всего насчитывалось 1759 дворов (около 10 тысяч человек). Кошевое правление распоряжалось тремя округами («паланками»). Но войско не имело сплошного расселения, создавалась вынужденная чересполосица - казачьи поселения в ряде мест располагались по соседству с помещичьими, городскими землями и селами государственных крестьян. Царское правительство тогда насаждало помещичье землевладение через «пожалование» (подчас, огромных площадей). Это впоследствии предопределило передислокацию войска на Таманский полуостров (низовья реки Кубань).

Черноморцы, передислоцированные за Днестр, несли пограничную по левому берегу.

Войско по численности было внушительным - 12,5 тысяч человек. (Таким было Запорожское войско в год его упразднения.) Оно включало в себя казаков и так называемых «подданных» жителей Приднестровья (молдаван, украинцев, русских и др.) В число последних включались жители, осевшие там до прихода и во время пребывания на Днестре Черноморского войска.

Война продолжалась, и в 1790-1791 годах оно снова участвовало в боях на Дунае и за Дунаем, но не всем составом, а частью выделенных подразделений. На левом берегу Днестра и на территории «Очаковской области» (земли между Днестром, Бугом, Черным морем и реками Ягорлык и Кодыма на севере), в паланках оставались казаки, их семьи и «подданные» - все занимались хозяйствеными делами. Непосредственно прилегавшие к Днестру входили в «Днестровскую паланку».

Поселенное войско все больше превращалось в притягательный центр бывших запорожцев, осевших на владельческих землях и частью уже закрепощенных. Они массами устремлялись в «кош» на Днестре. Одновременно уходили и другие крестьяне, попавшие в зависимость от помещиков от помещиков, а казачье командование их не выдавало. Росла численность и казаков, и «подданных».

Войско жило на самообеспечении, за исключением подразделений, которые находились на фронте. Они получали государственное обеспечение - денежное пособие, фураж, порох, свинец, частично обмундирование.

За действия в боевых операциях войско заслуживало лестные отзывы и оценки со стороны высшего командования и буквально завоевало право на свое постоянное существование. И если Екатеринославское, частично Бугское и Украинское войска после войн полностью распускались, или частично повторно возрождались, то вопрос об упразднении Черноморского войска не поднимался,

С заключением Ясского мира в декабре 1791 года (по старому стилю и в начале января 1792 года по новому стилю) границей России стал Днестр. Черноморское войско было сосредоточено по Левобережью и к востоку от него (вплоть от Еникале и Березани) и контролировало пограничную ситуацию. Его личный состав усиленно занимался сельскохозяйственным производством, строил селения, пользовался богатым промыслами (рыбными и соляными), закладывал сады и виноградники, занимался пчеловодством, баштанами, шелководством. Росли стада и табуны, возрождалась роль промысловых традиций.

Черноморское войско в этническом отношении, как и другие войска, было многообразным. Основную его массу составляли украинцы, на втором месте по численности находились молдаване, затем - русские, болгары и другие. Очень тесные житейские отношения сложились у украинцев и молдаван они совместно проживали во многих станицах, или, как их тогда называли, «слободах». Встречались.селения из украинцев и русских, а в Слободзее («Кошевой резиденции») бок о бок проживали украинцы, молдаване и русские.

Войско увеличивалось, он закономерно хотело жить в благосостоянии и довольстве, приводило себя в порядок, проявляло заботу о раненных, пожилых, вдовах, детях. Для будущего необходима была прочная юридическая база (до 1835 года в жизни мирной и боевой казаки руководствовались обычаями и традициями), им необходимо было нерушимое право на землю (со служилым землепользованием). Но беспокоила казаков определенная житейская нестабильность. Их покровитель - великий гетман Г.А. Потемкин-Таврический скончался. Новые сановники и вельможи как бы забыли о войске. И сами черноморцы напомнили о себе. Их авторитетная и уважаемая делегация во главе с войсковым писарем Головатым выезжала в Петербург, где окончательно и определилась их судьба: Черноморское войско должно было переселиться на Кубань в полном составе, где должно получить около четырех миллионов десятин (десятина = 1,1 га), большое пространство на берегу Азовского моря и все казачьи льготы и привилегии. Там закладывались реальные условия к жизненной преемственности поколений.

В конце 1792 - весной 1793 годов войско с семьями имуществом пятью колоннами перешло на новое и окончательно за ним закрепленное местожительство. Сама операция передислоцирования примерно 13 тысяч человек, боле 2 тысяч конников, артиллерии, 51 лодки (на них разместилось три тысячи казаков) и многочисленного обоза с семьями - является выдающимся событием в миграционных процессах. Но не все пожелали переселиться, да немалое число казаков было задержано помещиками, в имениях которых они проживали в зимние сезоны, а большинство «подданных», то есть жителей молдавских сел, остались на месте. Всего не переместилось на Кубань две тысячи человек, которые затем были включены в разряд государственных крестьян Поднестровья. Все же часть молдаван-казаков ушла на Кубань (там живут далекие потомки), сохранились и крупные селения.

Черноморское и Екатеринославское казачье войска в конце 80-х годов XVIII века составляли внушительную силу - более 22 тысяч человек и уступали лишь Донскому войску (28125 человек). Во всех же казачьих войсках страны значилось тогда 73650 человек, и, следовательно, на названные два войска приходилось 31 %. Именно они непосредственно участвовали в составе главных сил при взятии могучих крепостей Очаков, Бендеры, Измаил, демонстрируя удаль, стойкость и бесстрашие. Они оставили глубокий след в событиях русско-турецкой войны 1787-1791 годов.

 

УКРАИНСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО. ВОЕННЫЕ ПОСЕЛЕНЦЫ. Одной из ярких страниц истории северной зоны Приднестровья (Балтский и Ольгопольский уезды Подольской губернии) периода Отечественной войны 1812 -1814 годов явилось комплектование, снаряжение и отправка на фронт крупного отряда конных полков, объединенных в Украинское казачье войско.

Известно, что в Левобеоржье, как и в Бессарабской области, в те годы население не поставляло рекрутов. Лишь одну воинскую повинность несли тогда жители Подольской губернии. Конская повинность - это выделение ремонтного поголовья для кавалерии и обозных лошадей. Но столь велико было желание широких кругов жителей Украины включиться в непосредственные боевые действия против «Великой армии» Наполеона и его союзников, что Александр I согласился на формирование в пределах Киевской и Подольской губерний четырех конных полков. Войско формировалось «из людей к казачьей службе способных и издавна навыком и охотой к ней известных». В нем проявились, с одной стороны, реорганизация традиционно-казачьего войска, а с другой, - преемственность казачьего быта. Этой дивизией командовал полковник И.О. де Витта (известного потом генерала - командира корпуса «поселенной конницы», то есть военных поселений). Это внушительное по тем временам конное войско (4700 человек и более того боевых коней) формировалось по территориальному признаку, то есть каждый уезд полностью снаряжал и вооружал два эскадрона (300 человек). В числе таких уездов оказался и Балтский, непосредственно примыкавший к Днестру.

На территории Херсонской губернии невозможно было это сделать из-за эпидемии чумы.

Настолько патриотический порыв был велик, что все войско полностью отмобилизовалось за два месяца и уже 6 сентября 1812 года двинулось на фронт. Напомним, что сентябрь - это месяц Бородинского сражения и отступления русской армии к Тарутино.

Несколько слов о принципе формирования и правах казаков (добровольцев). Поставка одного казака засчитывалась селениям за два рекрута. Войско сформировано на период войны и должно быть распущено по достижении мира, но все его участники потомственно остаются казаками и должны иметь на готове коня, обмундирование и оружие за свой счет, находиться в боевой           готовности и по приказу являться в свой полк, но пожизненно освобождались от всех налогов и государственных повинностей.

Своеобразной была структура войска: полки делились не на сотни, а на эскадроны (по восемь в полку), весь личный состав комплектовался по казацкой традиции из добровольцев, включая и командиров (с качествами отличных конников).

Итак, в сентябре 1812 года войско форсированным маршем приближалось к огненной фронтовой линии: его движение в район Луцка, в армию прославленного генерала Тормасова (ее называли - III обсервационная запасная армия), противостоявшей двум корпусам противника Шварценберга (австрийцы) и Ренье (саксонцы). Это была левофланговая армия русских боевых сил, прикрывающая юго-западную часть Российской империи и действовавшей на коммуникационных линиях названных корпусов. III армия Тормасова с прибытием Украинского казачьего войска и других пополнений превратилась во внушительную боевую силу, сковавшую крупную объединенную группировку противника.

В сентябре в тот же стратегический район прибыла еще раннее одна армия - Дунайская под командованием П.В. Чичагова, разместившаяся по реке Стырь. Обе армии прикрывали Подолию и Волынь.

Украинское казачье войско действовало на широком фронте от г. Острога до Борисова, совершая боевые рейды в качестве «летучих отрядов» на территории Варшавского герцогства. Боевой путь войско прошло через штурм городов Бреста и, Минска, Борисова и далее до Вислы, Одера, где также отличилась дивизия Витте.

В октябре III армия и Дунайская были объединены под общим командованием Чичагова, а Тормасов переведен на место Барклая - стал командовать пятью корпусами.

Группа войск Чичагова выдержала натиск отступающих корпусов Наполеона на Березине - из 30 тысяч войск он потерял там 20 тысяч, но сам вырвался с остатками гвардии и некоторых соединений.

В дальнейшем полки украинских казаков в составе корпуса генерала Сакена участвовали в преследовании отступающих остатков «Великой армии», а затем в сражениях за границей с новыми силами Наполеона, в том числе под Варшавой, Лейпцигом, вошли в Париж.

Наконец, в 1814 году уцелевшие из них вернулись героями в родные места и пользовались своими завоеванными правами. Хотя предполагалось распустить полки после войны, но они навсегда были оставлены как постоянное формирование. Казаков отпустили по домам с обязательствами «по первому требованию» являться в полк. Офицеры силились на действительной службе и должны иметь» полные сведения о состоянии и занятиях подчиненных казаков» в мирное время. Так был до 1817 года, когда это казачество было упразднено и бывшие казаки включены в состав военных поселенцев. На основе этого войска была сформирована Украинская уланская дивизия, послужившая стержнем созданного затем корпуса «поселенной конницы». Отчасти украинские казаки вошли во вторую дивизию - Бугскую уланскую. Расселение военных округов не имело устойчивого постоянства, но в целом расширялось, росло вширь численно и пространственно. Первоначально «поселенная коннида» занимала территорию лишь ряда уездов Новороссии. Затем их число попали некоторые уезды Киевской и Подольской губерний.

Менялась система и структура командно-управленческих инстанций. Так пять округов и одна отдельная волость в Киевской и Подольской губерний были выделены в отдельные Киево-Подольское управление военных поселений с центром в Умани. Отметим, что в Тираспольском уезде, (Херсонская губерния) таких поселений не было.

Всего в Подольской губернии к этому разряду военно-хозяйственных поселений отчислили 37 сел. Был проект командования о присоединении к дивизиям многих казенных сел Балтского уезда, но не удалось его реализовать из-за противодействия Министерства внутренних имуществ.

В число военных поселений попали села Чернявской волости Балтского уезда: Ержев, Черное, Гижкалунга, Дубово, Воронково. Были и другие села уездов, оказавшиеся в военном режиме, но они находились значительно восточнее Днестра. Нас, естественно, интересует перечисленные селения, которые в начале 40-х годов по настоянию Министерства внутренних имуществ были возвращены в разряд государственных крестьян.

Пребывание их в войске оставило неизгладимый след в памяти крестьян, которые в течении четверти века переносили все тяготы того необычного ля них порядка царской солдатчины, когда каждый шаг поселенца был под полным присмотром начальства и на службе и в быту.

Военно-административная структура войска отличалась своеобразием: все селения группировались в более крупные подразделения - округа, каждый из которых дробился на волости (в среднем состояли из 10 поселков) и «участки» (не менее 10 поселков). Округа, «волости» и «участки» возглавляли командиры соответствующих рангов, а при них «комитеты», то есть штабы. Командование ведало и военной подготовкой поселенцев и поддерживанием на определенном уровне хозяйственного состояния «поселков».

Хозяйственная деятельность дворов с 1827 года регулировалась и регламентировалась командованием и чередовалась с «муштрой». Они подразделялись на «хозяев» и «не хозяев». В свою очередь, в разряде «хозяев» различались «ранги» - 1-й и 2-й; к первому относились дворы с 4-мя волами, 15 десятинами запашки и 5 десятинами сенокоса. В разряд «не хозяев» зачисляли бесскотные семьи.

В войске люди подвергались учету и распределению на «ранги», «разряды» и «группы». Все бралось на учет в самих хозяйствах.

Причудливо здесь переплетались военный режим и общинные традиции. Так общины распоряжались «общественными» земельными угодьями, денежными «вспомогательными капиталами» и «заемными суммами» (создавались путем накопления взносов поселенцев). Из этих «капиталов» часть сумм расходовалась на приобретение скота, обмундирование конников, содержание поселянско-войсковой администрации и др.

Поселенцы освобождались от государственных налогов — податей земельной повинности — дети их пользовались казенным содержанием и обмундированием. Не служилые поселенцы в походах и на учениях не участвовали, но должны были кормить свои семьи, постояльцев, действующих резервистов и постоянно участвовать в постройках и перевозках леса, косить сено для полков, обрабатывать общественные поля для пополнения зерном запасных хлебных магазинов. Это была казенная барщина. И, конечно, обязаны были обрабатывать вовремя и тщательно свои наделы и сенокосы. Неисполнение регламентов и предписаний начальства влекло за собой причисление к категории «порочных» поселенцев и соответствующее возмездие —  телесные наказания, сдача в арестантские роты и даже в рекруты.

В 1857 году поселения были упразднены и сами поселенцы обращены либо в государственных крестьян, либо в «пашенных солдат». Пребывание указанных сел Балтского уезда в разряде военных поселений оставило в памяти прямых потомков «украинских казаков» гнетущий след. С упразднением этого состояния встала неотложная задача создания условий нового хозяйствования. Но этот период занял в их жизни около 10 лет - в 1866 году им предстояло перейти в «новое качественное состояние».

В ответ на насильственное превращение украинских казаков и государственных крестьян в поселенцев, прокатилась целая волна открытых протестов и выступлений в 1817, 1818, 1819, 1829 годах, которые были подавлены кадровыми воинскими подразделениями с последующими специальными судами, порками, ссылкой на каторжные работы.

 

Использованная литература и материалы:

 

1.     Казаки-некрасовцы:

1.1.    Бачинский А-Д. Некрсовские поселения на нижнем Дунае и в Южной Бесарабии. -Материалы по археологии Северного Причерноморья, Вып. 7, Одесса, 1971, с. 161-162

1.2.   Короленко П.П. Предки кубанских казаков на Днепре и на Днестре. Екатеринодар, 1900, с. 64-65, 98-119

1.3.    Сумароков П. Путешествие по всему Крыму и Бессарабии в 1799 году. М, 1800, с. 225-226

2.    Бугское казачье войско:

2.1.    ЦГИА.ф.1350, оп. 56, д. 66, л. 5-16;ф. 1281. оп. 11, д. 165, л. 11, 193-194, 224, 249

2.2.    Лобачевский В. Бутское казачество и военные поселения// Киевская старина, т. XIX, Киев, 1887, с. 592-626

2.3.   Платон Зубов // Русская старина. 1876. т. XVI, с. 591-606: т. XVII. с. 39-52, 437-462, 691-762

2.4.   Ден В.Э. Население России по пятой ревизии 1. I. М.. 1902, с. 160.

2.5.   Хиони И.А. К вопросу о происхождении и национальном составе Бутского казачества.//Записки Одесского археологического общества, Т. 2. Одесса, 1967. с. 291

2.6.   Полное собрание законов Российской империи, Т. XVII, № 20754; Т. XXXIII, №26481.

2.7.   Военно-историческое обозрение Российской империи, Т. XI, ч. I «Херсонская губерния». СПб, 1849, с. 90-91.

2.8.   Исторический очерк Херсонского земства за 1865-1899. 1 Херсон, 1904, с. 4-5.

2.9. Лонжерон. Записки. Война с Турцией 1806-1812. СПб, 1907.

 

3.    Екатеринославское казачье войско:

3.1. Полное собрание законов Российской империи, Т. XXII, № 16552, 16605, 16607; Т. XXIII, № 16849, 17468.

3.2. Богданович М.Я. Походы Румянцева, Потемкин и Суворова в Турцию. СПб.. 1876, с. 214.

3.3. Никольский И.А. Главное управление казачьих войск. Исторический очерк. СПб., 1902, с. 42-44.

3.4. Каховский В.В. Письма.//3аписки Одесского общества истории и древностей, Т. XII, 1876, с. 142, 345, 349-360, 419.

3.5. Петрушевский А. Генералиссимус князь Суворов, Т. 1. СПб, с. 447

3.6. Ананян А. Армянская колония Григориополь. Ереван. 1969, с. 187-189.

3.7. Шмидт А. Херсонская губерния, ч. 2. СПб., 1863. с. 158, 187-189.

3.8. Тучков С.А. Записки. 1788-1808. СПб., 1903, с. 119.

3.9. Дружинина Е.И. Северное Причерноморье в 1775-1800 г.г. М., 1959,с. 158, 187-189.

3.10. Табак И.В. Русское население Молдавии. Кишинев, 1900, с.24.

3.11. Марецкий С.К. Тирасполь. Кишинев. 1958, с. 18, 22.

3.12. Кубанский сборник, Т. 3. Екатеринодар, 1894.

 

4. Черноморское казачье войско:

4.1   Скальковский А. История Новой сечи ипи последнего коша запорожского, ч. 1-3. Одесса. 1846.

4.2. Короленко П. Черноморцы за БутомУ/Военный сборник, 1868. № 5.

4.3. Короленко П. Предки кубанских казаков на Днепре и Днестре. Екатерикодар, 1900.

4.4. Никольский И. А. Главное управление казачьих войск. Исторический очерк СПб.. 1902.

4.5. Голубицкий В.И. Черноморское казачество. Киев, 1956.

4.6. Григорович В.И. Записки.//3аписки императорского Новороссийского университета, Т. 20. Одесса, 1876.

4.7. Любавскнй М.К. Историческая география России в связи с колонизацией. М. 1909.

4.8. Дружинина Е.И. Северное Причерноморье в 1775-1800 г.г. М., 1959, с. 190

4.9. Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в XVIII веке. М., 1958, с. 321-322

4.10. Лефорт А.А. История царствования государыни императрицы Екатерины 11, ч. 5. М., 1837.

4.11. Костомаров Н. Исторические монографии и исследования: Т. 17, Книга 1-я, СПб, 1886.

5. Украинское казачье войско. Военные поселенцы:

5.1. Никольский И. А. Главное управление казачьих войск. Исторический очерк СПб., 1902, с. 138

5.2. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней, ч. 1. СПб., 1885, с. 361, 372-440. .

5.3. ТарлеЕ.В. 1812 год. М., 1959, с. 289-290 и др.

5.4. Полное собрание законов Российской империи, Вып. 1, Т. ХХХ111, № 26481.

5.5. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней, ч. 2. СПб., 1886, с. 6-11

5.6. Лоцинский А.С. Хронология русской военной истории. СПб., 1891.

5.7. ГА Хмельницкой области (ГАХО). ф. 112, оп. I, д.6, л. 62-63; ф. 115, оп. 1. д. 277, л. 19; д. 1748. п.6.

 

[За изд.: Анцунов И.А. Казаки и военные поселенцы на Днестре и Буге ХVІІІ-ХІХ векав  //Ежегодный исторический альманах Приднестровья. — 1997. — № 1. — С. 30-39.]